Беньямин Богомольный

 
 
25.09.2007 12:24:00
 

 

Интервью с Беньямином

 

 

Богомольным

 

 

Год рождения:1946

 

 

Место рождения: СССР

 

 

Год репатриации: 1986

 

 

Отказник в течение 20 лет

 

 

 

 

 

О себе

 

 

Я родился и вырос в Советском Союзе в  религиозной еврейской семье. В нашей семье было четверо детей. Мой отец был моэлем. При первой же возможности, в 1966 году, родители подали заявление о репатриации в Израиль, но получили отказ. Мы продолжали непрерывно подавать заявления и, наконец, получили разрешение на выезд для 3 моих сестер и родителей.

 

 

В это время я служил в армии, поэтому  разрешения на выезд не получил.  В конце 1971 я демобилизовался. Оказалось, что я остался один, - вся семья уже уехала в Израиль.

 

 

Я подал дополнительную просьбу о репатриации в Израиль,  но она вновь была отвергнута советскими властями.

 

 

В 1973  или в 1974 г.  я добился встречи с генералом КГБ, чтобы получить ответ на вопрос, почему мне не разрешают выехать.

 

 

Он спросил меня: "А ты сам как думаешь?" Не говоря ни слова, я развернулся и вышел из генеральского кабинета. Генералу это показалось смешным, потому что он мне крикнул вдогонку:"Не принимай участия в провокациях".

 

 

Пока же мне приходилось перебиваться временными работами, так как никто не принимал на работу еврея-отказника, и выживать было непросто.

 

 

 

 

 

Борьба за алию

 

 

В 1974 г. я начал изучать иврит в подпольных кружках. Постоянно проходили

 

 

семинары по иудаизму и  еврейской истории, которые проводили евреи из- за рубежа: США, Англии, въезжавшие в СССР под видом туристов. Мы старались держать все  это в тайне, так как понимали, что КГБ следит за нами. Вся учеба происходила на частных квартирах,  куда иногда врывалась милиция и проверяла документы. Как правило, тех, кого поймали, сразу же увольняли с работы и выгоняли из университетов. Некоторые даже попадали в тюрьму. У всех было по-разному и трудно было вывести какую-либо закономерность в действиях КГБ.

 

 

В моем случае было так

 

 

 Поначалу КГБ платило местным студентам, чтобы они меня избивали.

 

 

 После того, как я активно начал участвовать в еврейском движении, КГБ

 

 

взялось за меня всерьез.

 

 

 А когда мы обратились к советскому правительству с официальным требованием разрешить нам учить иврит и открыть в стране еврейские религиозные школы,  КГБ начало проводить постоянные обыски у меня дома.

 

 

При этом они изымали любую вещь, имевшую какое-то отношение к еврейству: книги, тфилин, талит, мезузы. Внутри и снаружи квартиры была встроена подслушивающая аппаратура. Меня вновь и вновь таскали к следователю для дачи показаний. Кроме того, за мной было установлено постоянное наружное наблюдение, куда бы я ни шел и не ехал.

 

 

Позднее я обнаружил, что даже некоторые из моих друзей шпионили за мной по заданию КБГ.

 

 

Ко мне  приходили евреи-туристы из разных стран, в том числе из Израиля, которые приезжали как ученые или под эгидой "Натива". Советская  власть боялась иностранцев как огня и подозревала в них шпионов. В соседней квартире постоянно сидели кэгебисты и прослушивали моих гостей. Чем активней я участвовал в Движении, тем агрессивней вели себя  агенты КГБ. Однажды 3 дня подряд меня арестовывали утром и отпускали вечером. И все это только для того, чтобы не позволить мне участвовать в симпозиуме по еврейской культуре, проходившем тогда в Москве. В другой раз, мне пришлось просидеть дома безвылазно целую неделю, поскольку кэгебисты физически  блокировали выход из квартиры.

 

 

Как-то вернувшись домой из дальней поездки, к своему ужасу и изумлению я обнаружил, что все вещи в квартире сломаны и разбиты. Двери были вырваны из петель и валялись на полу, мебель была разломана, а пол усеян осколками стекла.

 

 

 Я немедленно пригласил к себе домой Дэвида Шифлера -  корреспондента "Нью-Йорк Таймс" в Москве -  он все запротоколировал, а затем написал об этом в своей газете.

 

 

Причиной такого отношения властей была моя активность в еврейском движении и требования предоставить мне право на Алию в Израиль.

 

 

Но были и дополнительные причины, подлившие масла в огонь. В !975 г. Советским Союзом были подписаны  Хельсинкские Соглашения. (http://www.sakharov-center.ru/museum/human-rights/ )

 

 

"Третья корзина" этих соглашений включала в себя обязательства  подписавших их стран, в том числе СССР, по соблюдению прав человека и основных свобод, включая право на свободу передвижения, а также обещания  позволить воссоединение семей тех советских граждан, у которых часть семьи уже находилась за границей, то есть семей отказников.

 

 

В то время я познакомился с еврейским врачом из Майами по имени Моти Фрайман. С моей помощью он издал книгу под названием."The Orphans of the Exodus"("Сироты Исхода") в США – энциклопедическое собрание сведений о разлученных семьях отказников с фотографиями и личными историями. Эта книга была представлена перед членами Конгресса США, которые использовали ее для массированного  давления на Советский Союз.  Власти знали о моей причастности к созданию этой книги, и ответная реакция не заставила себя ждать.

 

 

Я также участвовал в другой деятельности, например  в создании Еврейской театральной группы. Она состояла из двух актеров и меня самого в качестве руководителя – сами актеры  мало  что знали об иудаизме.

 

 

В 1981 году мои друзья из Великобритании включили информацию обо мне в "Книгу рекордов Гиннеса" и до 1987 г. я занимал там почетное место "самого длительного отказника в истории".

 

 

Советская власть была крайне чувствительна к общественному мнению на Западе.. Наверное, поэтому меня ни разу не арестовывали и не сажали в тюрьму,  хотя, судя по всему, моя деятельность их очень раздражала. Возможно, на определенном этапе я стал слишком известен, и такие действия, направленные против меня, привели бы к огласке и к шуму на Западе, чего власти по мере возможности предпочитали избегать. После публикации статьи обо мне в газете "Нью-Йорк Таймс", милиционер, который до этого регулярно приходил с обыском перестал  являться. Позднее соседи рассказали мне, будто он говорил, что ему надоело терпеть, как я за его счет "делаю карьеру".

 

 

С другой стороны, вполне возможно и то, что вся эта шумиха вокруг моего имени работала против меня и являлась главной причиной моего многолетнего отказа.

 

 

Возможно, власти держали меня в резерве, чтобы в будущем обменять

 

 

на кого-нибудь.

 

 

 

 

 

Преследование евреев властями

 

 

Власти стремились запугать советских евреев до такой степени, чтобы информация об их преследованиях не проникала на Запад. В прессе постоянно печатались лживые статьи о евреях., в которых их обвиняли в воровстве, преступлениях и шпионаже для стран Запада. Время от времени проводились показательные суды и евреев сажали в тюрьмы. Целью было оторвать евреев от еврейской культуры и религии и показать их ущербность по сравнению с  русским народом.

 

 

 

 

 

Боялся ли  я?

 

 

Конечно же, я боялся. Только идиот не боялся бы. Это было опасно, но жизнь всегда связано с опасностью. Советская власть пыталась поработить евреев, хотела, чтобы они сидели тихо и "не высовывались".

 

 

Я ничего не хотел доказывать властям, скорее самому себе. Я хотел жить своей жизнью. Ведь самое важное не то, что о вас думают другие, а что вы сами думаете о себе. Свобода не только в том, чтобы жить в свободном мире, конечно, - это важный фактор, и родиться свободным - это привилегия. Самое важное – чувствовать себя внутренне свободным и ничего не бояться. Даже если вас посылают в тюрьму,  у вас остается  внутренняя свобода.

 

 

КГБ соблюдало свои правила игры. Агенты КГБ не были свободны в своих действиях: им позволялось делать определенные вещи, но не все. Следует понимать, как работала эта система. Некоторых они бросали в тюрьму, а других – нет. В общей сложности, они не сажали в тюрьму очень много евреев – ежегодно сажали около 20 человек, в то время как были тысячи отказников. Каждое действие властей было тщательно рассчитано: они заранее планировали ежегодное количество евреев-заключенных. И кого именно сажать, было не так важно.

 

 

 

 

 

Шестидневная война

 

 

Я очень гордился Израилем, и меня всегда удивляло то, что Советский Союз поддерживал арабов. Поведение Советского Союза после Шестидневной войны было лишено всякой логики. Власти провозгласили, что Израиль – агрессор и первым развязал войну с намерениями захватить всю территорию от Евфрата до Нила. Мне это казалось забавным: они просто находились в состоянии паники.

 

 

Результаты войны меня очень воодушевили. Это помогло мне поверить, что я тоже одержу победу и смогу выбраться из Советского Союза и репатриироваться в Израиль. У меня есть мой народ, мое государство. Эпоха, когда евреи не могли себя защитить, миновала.

 

 

Меня также вдохновляло высказывание поэта Расула Гамзатова: "Если маленький народ хочет быть свободным, у него должен быть большой нож".

 

 

Это суть моей личной борьбы: быть свободным! Таким Бог создал меня , и если вы боретесь за свою свободу, знайте, что это правое дело и Он поможет вам.

 

 

 

 

 

 

 

 

Алия в Израиль

 

 

Меня выпустили в 1986 году, обменяв на советского шпиона, задержанного в США, по фамилии Попов. Он был арестован за шпионаж и заключен в тюрьму, так как  не обладал дипломатической неприкосновенностью. Советский Союз в качестве ответной акции арестовал американского журналиста, в том момент находившегося на территории Советского Союза,  с очевидной целью держать его для обмена.

 

 

 Как часть сделки по обмену Соединенные Штаты потребовали освободить диссидента Юрия Орлова, сидевшего в это время в тюрьме, и выпустить меня.  в Израиль. Почему именно меня? Не могу ответить точно. Знаю только, что мое имя стояло первым в списке отказников из разъединенных семей.

 


 

Binyamin Bogomolny            בנימין בוגומולני

 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Связь с проектом
 
Email Address : igall@jafi.org
 
 
 

 

 

Share           PRINT   
24 Окт 2007 / 12 Heshvan 5768 0