УРОК X   Дидактические рекомендации    -   Приложения



Приложение 1

Пинхас Полонский : Возвращение до сионизма: "Старый ишув"

Прочтите нижеследующий отрывок из книги П. Полонского "День Независимости"
( Оригинальная версия статьи - находится на сайте Культурно-религиозного Центра "Маханаим" и перепечатывается здесь с любезного согласия автора) .

"Старым ишувом" называют тех евреев, которые приехали в Землю Израиля до начала сионистского движения. "Старый ишув" - это предки современных "харедим" - "ультраортодоксов", ходящих в шляпах, чулках, халатах и с длинными пейсами. Сегодня, на поверхностный взгляд нового репатрианта, эта группа кажется "средневековой", безнадежно отставшей от жизни, не вносящей никакого вклада в развитие страны. Однако пути истории причудливы. Разные группы и течения, составляющие еврейский народ, в разное время выходят в исторические лидеры, прокладывая дорогу для остальных, а потом отходят в сторону, чтобы в дальнейшем,- может быть, уже в новом качестве,- внести свою лепту в решение очередного кризиса.

В XVIII-XIX вв. предки "харедим" - т.е. "старый ишув" - были именно той группой, которая обеспечила еврейское присутствие в Земле Израиля. В начале и первой половине XIX в., в то время как "светские" евреи Европы и Америки предпринимали активные усилия, чтобы интегрироваться в нееврейских странах, где они проживали, - именно среди религиозных евреев развивалось движение за переселение в Землю Израиля. Хотя по сравнению с масштабами сегодняшнего дня это движение и было небольшим количественно, именно оно оживило связь еврейского народа со Святой Землей как в сознании евреев, так и в сознании всего западного человечества - без чего, в конечном счете, не было бы ни Декларации Бальфура, ни решений Лиги Наций и ООН об образовании Израиля.

Начало XVIII в. в истории евреев было связано с очень сильным кризисом в связи с крушением лже-мессианских учений Шаббатая Цви и Яакова Франка. Лже-мессианские движения XVII в. вовлекли в свою орбиту сотни тысяч евреев; а когда эти движения закончились полным крахом, начался внутренний распад еврейских общин. Многих прельстила жизнь чуждого им окружения, и они встали на путь ассимиляции. Другие послужили почвой для возникновения хасидизма. Были и такие, хотя их было относительно немного, которые решили переселиться в Землю Израиля. По сравнению с предыдущими эпохами таких людей стало гораздо больше. Тех, кто в то время решил переехать в Землю Израиля, подстерегали опасности на дорогах, их ждали бедность и тяжелые условия жизни в Стране, и только благодаря мужеству и беспредельной верности прибывшие в Святую Землю находили в себе силы жить здесь, заниматься изучением Торы и создавать небольшие общины.

На 1700 год приходится первое в новое время массовое переселение евреев в Землю Израиля. Это была группа, которую возглавлял рабби Иеhуда Хасид, один из виднейших раввинов Германии. В отличие от предшествовавших периодов, когда репатриация из Европы в Страну Израиля была в основном делом одиночек, по инициативе рабби Иеhуды Хасида была сформирована целая группа репатриантов. Они шли через Германию, Австрию, Венгрию и Италию; численность группы достигла 1500 человек. Около тысячи из них прибыли в Иерусалим.

Спустя сорок лет в Эрец Исраэль репатриировалась группа сефардов, во главе ее стоял раввин Хаим Абулафия, глава евреев Измира. В то время арабскому шейху Даhару аль-Амару удалось завладеть Галилеей, и т.к. Тверия была в ту пору разрушена и опустошена, он решил, что только евреи могут в короткие сроки отстроить этот город и вернуть его к жизни. Шейх обратился с призывом к Хаиму Абулафие: "Встань, приди и поселись в Тверии, ведь это земля твоих предков!" И раввин вместе со многими членами своей общины переселился в Тверию. Вскоре шейх был изгнан турками, но еврейская община в Тверии сохранилась.

В 1777 г. началась алия приверженцев хасидизма. Трое раввинов, учеников Баал-Шем-Това, возглавили "караван" из трехсот хасидских семейств; и по их следам потянулись все новые группы. Понемногу выкристаллизовывались в Эрец Исраэль несколько крупных центров хасидизма. Тверия стала притягательным центром для хасидов Слонима, Карлина, Вижниц, Буяна; Цфат - для хасидов из Польши, а Хеврон, где ашкеназскую общину организовал в 1820 г. Дов-Бер, сын Шнеур-Залмана из Ляди - для хасидов ХаБаДа.

В 1809-1813 гг. в Землю Израиля переселилась группа из шестисот последователей Виленского Гаона (духовного руководителя евреев Литвы во второй половине XVIII в.). Сегодня их потомки составляют значительную часть "харедим" Иерусалима и частично Бней-Брака.

В начале XIX в. начался процесс активной европеизации Турецкой Палестины. Взоры Европы вновь, после 700-летнего перерыва (от окончания эпохи крестоносцев), обращаются к Палестине. Республиканская Франция собирается проложить сухопутный торговый путь в Индию, и молодой генерал Наполеон Бонапарт в 1798 г. возглавляет поход. Он очень быстро завоевывает Египет и начинает завоевание Палестины. Наполеон дошел до Акко, но не смог захватить ее чрезвычайно укрепленную крепость, и вынужден был отступить.

По отношению к евреям Наполеон был настроен чрезвычайно либерально (стоит вспомнить, что именно в наполеоновской Франции евреям впервые в Европе были предоставлены гражданские права), к тому же он хотел заручиться поддержкой и сотрудничеством евреев Османской империи, и в особенности Палестины, в интересах всей своей Восточной кампании. С самого начала Наполеон предпринял ряд демонстративных действий: так, на завоеванной им Мальте он немедленно отстроил синагогу, чего не разрешали сделать местные правители на протяжении нескольких столетий; в Египте Наполеон сразу включил представителей еврейской общины в состав созданного им местного правительства и предоставил евреям различные льготы. Многие газеты писали тогда о планах Наполеона создать в Палестине еврейское государство и отстроить Иерусалимский Храм. Все эти события и слухи вокруг них, а также усиливающаяся еврейская переселенческая деятельность сильно повлияли на нееврейский мир: в западно-европейской культуре Палестина вновь обретала образ "еврейской страны".

В течение XIX в. Палестина, оставаясь частью Турецкой империи, постоянно находилась в фокусе борьбы (и даже войны) между различными турецкими и арабскими кланами и наместниками. Каждая из сторон пыталась привлечь на свою сторону европейцев, обладавших мощной военной техникой, и это резко усилило европейское проникновение в Страну. В середине XIX века в Палестине открылись иностранные консульства, и стало возможным жить в стране оставаясь иностранным подданным, т.е. находиться при этом под защитой иностранного консульства. Палестина быстро "европеизировалась" и модернизировалась.

В связи с этим начиная с 1850-х годов все больше и больше евреев переселяются в Палестину. В 1860-х-70-х гг. Старый ишув не только количественно увеличивается, но и сильно меняется качественно. Важнейшим событием стал выход иерусалимских евреев за пределы стен Старого Города и начало строительства новых кварталов. Одними из первых были кварталы "Мишкенот Шаананим" и "Нахалат Шива", позже - "Меа Шеарим". В то время это было не только необычно, но и очень опасно. Люди, жившие вне пределов городских стен, подвергались опасности нападения ночующих повсюду арабских шаек и должны были быть готовы защищать себя с оружием в руках. Квартал строился в виде замкнутого пространства - так, чтобы можно было защитить его от нападения. Более того, Старый ишув организовал специальные воинские отряды (они назывались "гвардия") которые были вооружены и сопровождали транспорты по дороге Яффо - Иерусалим. Известно даже, что эти отряды не ограничивались пассивной обороной, но иногда нападали на особо докучавшие им арабские банды и уничтожали их.

Большая часть Старого ишува была занята изучением Торы и жила на "халуку" - пожертвования, собранные среди евреев диаспоры. Во все века евреи диаспоры старались посылать пожертвования в Страну Израиля, потому что они чувствовали свою кровную заинтересованность в том, чтобы в Земле Израиля жили евреи. Однако, в эти времена среди Старого ишува возникают также тенденции заниматься различными ремеслами или другой производственной деятельностью. Возникает движение за организацию "мошавов", т.е. сельскохозяйственных поселений, (поскольку обработка земли Святой страны имеет не только практическую, но и религиозную ценность.) Несколько первых попыток организовать сельскохозяйственные поселения в районе Иерихона и в районе Газы не увенчались успехом, но попытка в районе Яффо удалась, и там в 1878 г. было организовано первое в новое время еврейское сельскохозяйственное поселение в Земле Израиля - Петах-Тиква.

К 1882 г. (т.е. к приезду первых представителей "Нового ишува") еврейское население страны - т.е. Старый Ишув - составляло около 25 - 35 тыс. человек. (В Эрец Исраэль жило в то время также, по примерной оценке, 150 тыс. оседлых мусульман - арабов и турок, 65 тыс. бедуинов, 55 тыс. христиан). Евреи были сосредоточены в основном в четырех главных "святых городах": в Иерусалиме (составляя там большинство населения города), в Цфате, Тверии и Хевроне. Группы евреев жили также в Яффо, Хайфе, Шхеме, Газе, Шфараме и в некоторых других местах.»

[Конец отрывка из книги "День Независимости]


Приложение 2

Профессор Шмуэль Эттингер о "Старом Ишуве"

Прочтите две главы из книги " Очерки по истории еврейского народа"  под редакцией выдающегося израильского историка профессора  Шмуэля Эттингера.

1. Читайте главу " ЕВРЕЙСТВО В СТРАНАХ ИСЛАМА И ЕВРЕЙСКОЕ НАСЕЛЕНИЕ ПАЛЕСТИНЫ", расссказывающую об истории евреев Эрец-Исраэль до начала XIX века:

2. Читайте главу " ЕВРЕЙСКИЙ ЦЕНТР В ПАЛЕСТИНЕ ДО КОНЦА ПЕРВОЙ МИРОВОЙ ВОЙНЫ", расссказывающую о развитии еврейской общины в Эрец-Исраэль в XIX веке, то есть, непосредственно о "Старом Ишуве".



Приложение 3
Представляется полезным ознакомится с впечатленями от Святой Земли Марк Твена, посетившего её в 1867 году, то есть, до начала сионистского движения.
Вот его заключение, завершающие "палестинские" главы книги:


МАРК ТВЕН
"ПРОСТАКИ ЗА ГРАНИЦЕЙ",

ПАЛЕСТИНА - ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Так окончилось наше паломничество. Хорошо, что мы предприняли его не для того, чтобы насладиться прелестными видами, ибо тогда нас постигло бы разочарование, по крайней мере в это время года. Автор «Жизни в Святой Земле» замечает:
  «Какой бы однообразной и непривлекательной ни показалась Святая Земля людям, привыкшим чуть не круглый год любоваться зеленью, полноводными реками и разнообразными ландшафтами нашего отечества, нельзя забывать, что на израильтян, после изнурительных сорокалетних странствий по бесплодной пустыне, она должна была произвести совсем иное впечатление».
  Мы вполне согласны с этим. Но она и в самом деле «однообразна и непривлекательна», и нет никаких оснований изображать ее иной.
  Палестину по праву можно считать царицей среди земель, одним своим видом наводящих уныние. Горы ее бесплодны и некрасивы, их краски тусклы. Долины – это неприглядные пустыни с чахлой растительностью, от которой так и веет тоской и убожеством. Мертвое море и море Галилейское сонно цепенеют среди пустынных гор и равнин, где не на чем отдохнуть глазу, – здесь нет ничего яркого или поражающего, нет ласковых пейзажей, дремлющих в лиловой дымке или испещренных тенями проплывающих в небе облаков. Все очертания резки, все линии четки; здесь нет перспективы – в отдалении все так же лишено очарования, как и вблизи. Безрадостная, угрюмая и скорбная земля.
  Впрочем, иные клочки и лоскутки ее, должно быть, прекрасны в расцвете весны, – тем прекраснее, что со всех сторон их обступает голая пустыня, которой нет ни конца ни края. Я очень хотел бы увидеть берега Йордана весной, и Сихем тоже, и Ездрилон, и Аиалон, и берега моря Галилейского, – но даже и весною все они показались бы лишь игрушечными садиками, посаженными далеко друг от друга в бескрайной пустыне.
  Палестина не снимает власяницы, и глава ее посыпана пеплом. Над ней тяготеет проклятие, которое иссушает ее поля и сковывает ее силы. Где некогда вздымались к небу башни и кровли Содома и Гоморры, ныне широко разлилось море, в его горьких водах нет жизни, над его мертвенной гладью знойный воздух душен и недвижен, по берегам его растет лишь плевел да кое-где пучки тростника и предательские плоды, которые обещают прохладу запекшимся губам, но при первом же прикосновении обращаются в пепел. Назарет заброшен; там, где, перейдя вброд Иордан, ликующие толпы израильтян с пением вступили в землю обетованную, теперь видишь только убогий лагерь бедуинов в пестрым лохмотьях; проклятый Иерихон лежит в развалинах, как оставил его более трех тысяч лет назад Иисус Навин; Вифлеем и Вифания пребывают в бедности и унижении, и ничто не напоминает о том, что некогда им выпала высокая честь видеть в своих стенах Спасителя; в том священном месте, где пастухи ночью стерегли свои стада и где ангелы возвестили на земле мир и в человецех благоволение, не встретишь ни души и ничто не радует глаз. Даже прославленный Иерусалим, одно из самых величавых имен в истории, утратил былое величие и превратился в нищую деревню; здесь нет уже сокровищ Соломона, ради которых стремились бы сюда восхищенные царицы Востока; чудесный храм, краса и гордость Израиля, не существует более, и турецкий полумесяц красуется на том месте, где в достопамятный день, который навсегда сохранится в анналах истории, воздвигнут был святой крест. Знаменитое море Галилейское, где некогда стоял на якоре римский флот и где плавали на своих лодках апостолы, давным-давно покинуто рыцарями войны и промысла, и берега его безмолвны и пустынны; Капернаум обратился в груду развалин; Магдала стала пристанищем обнищавших арабов; Вифсаида и Хоразин исчезли с лица земли, и «пустынное место», где некогда тысячи людей слушали Спасителя и были накормлены пятью хлебами, спит безмолвное и всеми покинутое, – лишь хищные птицы да трусливые лисы нашли здесь приют.
  Палестина – край заброшенный и неприглядный. Да и какой еще она может быть? Если земля проклята богом, разве может это ее украсить? Палестина уже не принадлежит нашему будничному; прозаическому миру. Она отдана поэзии и преданиям – это страна грез.

 

 

 

 

Share           PRINT   
11 Дек 2005 / 10 Kislev 5766 0